Выразив "глубокое разочарование" отказом выдать Андрея Лугового (президент Владимир Путин назвал запрос королевской прокуратуры "глупостью"), правительство Великобритании пообещало направить в парламент доклад с предложением ответных мер.
Министр иностранных дел Дэвид Милибанд тем временем сообщил, что "взвешивает возможные варианты". "Таймс" предположила, что речь идет о сворачивании сотрудничества с Россией в ряде сфер - от образования и торговли до борьбы против терроризма, а источники "Дейли Телеграф" не исключают высылку из Лондона российских "дипломатов младшего или среднего ранга".
Эксперты уверены, что при новом премьере политический дискурс в отношении России будет жестче, чем при Тони Блэре, а официальный Лондон пока выдерживает дипломатический тон.
Представитель премьер-министра Гордона Брауна заявил прессе: "
Россия - наш важный партнер по многим вопросам, и мы будем и дальше стремиться развивать конструктивные отношения, но нам нужно тщательно пересмотреть круг сотрудничества. Мы продолжаем стремиться к конструктивным отношениям с Россией, но то, что произошло, - серьезное дело".
Вряд ли Лондон надеялся на положительный ответ в отношении Лугового - на фоне судебной переписки по поводу Березовского и Закаева. Дело не в нашей Конституции, которая запрещает выдавать российских граждан.
В России, убежден пожелавший сохранить анонимность британский дипломат, правит не закон, а президент, и если бы он захотел, то выдал бы.
Великобритания хотела получить ясный сигнал Москвы, что та сожалеет об убийстве Литвиненко и обещает, что подобное не повторится. Сигнала нет.
Королевский прокурор сэр Кен Макдональд "внимательно изучил" предложение российских властей самим судить Лугового и счел его неприемлемым, так как преступление совершено в Лондоне; жертва - британский гражданин; улики и свидетели находятся на территории Соединенного Королевства; убийца Литвиненко подверг смертельному риску сотни жителей и гостей британской столицы.
Наконец, англичане не верят, что суд в Москве "отвечал бы стандартам беспристрастности и справедливости". Так уж вышло, что британцы не уверены в свободе наших судов от влияния исполнительной власти.
Правительству Великобри-тании не все равно, что о нем думают в английском обществе, да и в других западных странах. Оно не желает выглядеть мальчиком для битья, позволяющим "агентам КГБ беспрепятственно сорить полонием" и травить граждан Соединенного Королевства. Какие ответные меры может предпринять кабинет Гордона Брауна?
Торгово-экономические отношения между Англией и Россией все равно будут развиваться. У правительства нет для этого рычагов, да и незачем резать курицу, которая несет золотые яйца. Великобритания - крупнейший иностранный инвестор в России, ее интересы оцениваются в 33 млрд фунтов стерлингов. У
бизнеса свои доводы, например, объявленное неделю назад решение Royal Dutch Shell и "Роснефти" о новых правовых рамках кооперации.
В арсенале у англичан остаются только урезание не очень значительных государственных программ и "дипломатическая война". По мнению экспертов, символическая высылка российских дипломатов (и неминуемый зеркальный ответ Москвы) была бы лучшей для обеих сторон формой "красиво" подвести черту под делом Литвиненко.
История отношений Великобритании и России (и прежде - Советского Союза) знает случаи "дипломатического футбола". Так, 24 сентября 1971 года британское правительство выдворило 105 советских дипломатов и сотрудников торгпредства. Операцию обосновали непомерным расширением советской шпионской сети. Кремлю направили протест, тот не счел нужным реагировать.
И только когда совслужащим пришлось паковать чемоданы, министр иностранных дел Андрей Громыко осудил "хулиганские действия британской полиции" и распорядился выдворить из Союза 18 британских дипломатов.
В сентябре 1985 года Маргарет Тэтчер объявила, что перебежал резидент КГБ в Лондоне Олег Гордиевский, и предложила 25 советским сотрудникам покинуть страну. Через два дня столько же британцев выслали из Москвы. Лондон выдворил еще шестерых - через 48 часов МИД СССР приказал собирать чемоданы полудюжине англичан. "Война" продолжалась больше недели, и в результате из Лондона и Москвы уехали по 31 представителю: дипломаты, журналисты, "фирмачи".
Лондонские обозреватели рассудили, что новый советский руководитель Горбачев хотел перед встречей с Рейганом показать, что с ним можно иметь дело, но что он не слабак. С этого времени выдворения утратили прямую
связь с войной разведок и стали дипломатическим инструментом. Последний "размен" между Москвой и Лондоном состоялся по инициативе Москвы в 1996 году.
Нынешний российско-британский конфликт не похож на те, что были в годы холодной войны. В 70-е британцев пугало присутствие четырех-пяти сотен совработников. Они добились сокращения до двух сотен, установив паритетные квоты. Сегодня только в Лондоне живут сотни тысяч русских.
Британский премьер не командует бизнесом и не волен выдворять частных российских граждан (они - не грузины, а Лондон - не Москва). А российская элита ни за что не бросит туманный Альбион, где учатся ее дети, куплены дома, лежат деньги, живут семьи, пока сами бизнесмены и чиновники вахтовым методом осваивают ресурсы Родины.
Высылки дипломатов как демонстративные политические акты - довольно расхожая практика. Можно вспомнить "операцию Фэмиш" 1986 года, когда Рональд Рейган выгнал сразу 80 человек из советских представительств в Америке. Или март - июль 2001 года, когда после ареста в США российского агента Роберта Ханссена Вашингтон и Москва
обменялись 50 "шпионами".
После распада "Восточного блока" начались шпионские скандалы между странами Восточной Европы и Россией. В январе 2000 года в ответ на высылку из Варшавы девяти российских дипломатов столько же польских были изгнаны из Москвы. Были "обмены" с Чехией, Литвой, Эстонией.
Даже между членами НАТО случается подобное. 23 декабря 1997 года Греция предложила уехать турецкому дипломату в ответ на высылку греческого консульского работника. Анкара обвинила его в сборе разведданных. История не обошлась без политики: накануне не без стараний греков
Турция не попала в список вероятных кандидатов в Евросоюз.
На Западе тоже случаются истории со спецслужбами и невыдачей обвиняемых. 10 июля 1985 года агенты французской разведки взорвали в новозеландском порту Веллингтон "Рейнбоу Уорриер" - флагманское судно "Гринписа" (экологи намеревались пройти к атоллу Муруроа, где французы испытывали атомные бомбы).
Погиб фотограф. Париж долго отрицал свою причастность, но французских агентов в Новой Зеландии арестовали и судили. Министр обороны Франции Шарль Эрню ушел в отставку, а через 20 лет свою ответственность признал и президент Франсуа Миттеран. Удалось договориться с новозеландцами о досрочном освобождении агентов, их даже повысили в званиях и наградили.
В марте 2005 года в Ираке в ходе операции по вызволению из плена журналистки Джулианы Сгрены погиб офицер итальянской разведки Никола Калипари. Его "нечаянно" застрелил американский солдат.
Италия не просила выдать солдата, но надеялась, что американский суд его накажет. Этого не произошло. История оставила неприятный осадок в итальянско-американских отношениях, но не имела ни политических, ни экономических последствий.
К слову
Так говорят дипломаты
Выразить...озабоченность - "что-то мне это не нравится";
растущую озабоченность - "мне это все больше не нравится";
обеспокоенность - "ну, ты меня уже достал";
сожаление - "плохо, и я бессилен, но при случае припомню";
глубокое сожаление - "совсем плохо, и мы включили счетчик";
глубокое разочарование - "твои действия не лезут ни в какие ворота, можешь и от меня ждать гадостей, но все же придется как-то вместе жить дальше";
возмущение и негодование - это формула для тех, с кем не разговаривают и разговаривать не собираются;
серьезные сомнения - "ты, может быть, и прав, но разве я это признаю?"
Состоялась... откровенная дискуссия - "пособачились и разошлись";
очень полезная и конструктивная дискуссия - "поговорили обо всем, но впустую" или "не ваше собачье дело, о чем мы говорили".
За 250 лет до события
"Чуть что - сразу Англия"
Бургомистр (печально). Господи, чем ему Англия-то не угодила?.. А где это - Англия?
Придворный офицер. Это же совсем близко.
Второй придворный офицер. Англия... Англия... Чуть что - сразу Англия...
Бургомистр. Это я вас позвал, дорогой Карл... Мне тут сообщили довольно странное известие... Даже не знаю, как и сказать. Ну... будто бы вы... объявили войну... Англии...
Мюнхгаузен (достав часы). Пока еще нет. Война начнется в четыре часа, если Англия не выполнит условий ультиматума.
Бургомистр. Ультиматума?
Мюнхгаузен. Да! Неделю тому назад я им выслал ультиматум! <...> Я потребовал от них прекратить бессмысленную войну с североамериканскими колонистами и признать их независимость. Срок ультиматума истекает сегодня в шестнадцать ноль-ноль. Если мои условия не будут приняты, я начну войну!
Рамкопф. Интересно, как это будет выглядеть? Вы станете палить по ним отсюда из ружья или пойдете врукопашную?
Мюнхгаузен. Методы ведения кампании - военная тайна! Я не могу ее разглашать, тем более в присутствии штатских!