Через несколько дней страну торжественно известят об очередном триумфе ее великого режиссера. Или у кого-то есть хоть малейшие сомнения относительно того, что чрезвычайный съезд кинематографистов пройдет и соответственно закончится так, как Никита Сергеевич пропишет в его раскадровке (в этой тонкой разновидности сценарно-режиссерского творчества г-н Михалков, как хорошо известно профессионалам отрасли, едва ли не главный виртуоз нашего кино)? Но именно здесь и таится основная "засада". Победа Михалкова окажется триумфом воли признанного лидера сообщества или триумфом его влияния во всевозможных властных коридорах? От ответа на этот вопрос, конечно, зависит и репутация самого Никиты Сергеевича, и организационное будущее нашего кино. Однако при всем пафосе звучания это вовсе не самое главное. Объявленные единственно верными решения нового "киношного" съезда, убежден, повлияют в целом на перспективу окончательного торжества суверенной демократии в отечестве. И не потому, что "антимихалковская фронда" априори права и ее успех - это-де знак победы утомленной солнцем либеральной демократии западного толка. Просто какая может быть фронда вообще при истинно суверенной-то? Хотя, если по гамбургскому счету, "взвешивать" правых и виноватых во всей этой истории - пустое дело. Слишком очевиден конфликт интересов, не важно - финансовых, имущественных или еще каких-то сугубо личностных. А значит, по определению, ситуацию невозможно оценивать объективно. Слишком много скрыто "под ковром". Без свидетелей. И все же чисто эмоционально симпатии на стороне оппонентов Михалкова. Может быть, потому, что болеешь, как правило, за обиженных, пусть даже и не всегда слабейших. А Хуциев и Ко обиженные уже просто по факту того, как с ними сейчас поступают. Все эти срежиссированные звонки "от великого великому" по мобильному прямо во время пресс-конференции... И таинственный "недозвон". Сентенции про карликов, с последующей чередой еще более обидных конкретизаций. Так называемая пресс-конференция Пореченкова без возможности для журналистов получить хоть какое-то уточнение у главного сподвижника Чужого среди своих. И т.п. Все это, по меньшей мере, весьма высокомерно по отношению к коллегам. Чтобы не сказать больше. Настрой явно не на консенсус, а на "уничтожение". Оппозиция не может победить даже в рамках одного профессионального сообщества. По всей видимости, эта угроза расценивается как опасный прецедент отнюдь не творческого свойства (разве история с Академией наук уже забыта?). При этом оппоненты "официальной линии" заведомо в проигрышной ситуации. Они вынуждены оправдываться. И, главное, отчаянно выяснять отношения между собой. Хотя идти или не идти на "михалковский съезд" - вопрос, действительно, совсем не тактический. Это проблема готовности к сотрудничеству в рамках заданных условий. Очевидно же, что переломить ситуацию в свою пользу, при том ресурсе, который задействован организаторами повторного съезда, совершенно не реально. Пьеса уже написана. И "залитована".