Ночные кошмары - яркие и пугающие сны, после которых человек просыпается со страхом. Если такие сны вызывают серьёзные страдания, врач может поставить диагноз "расстройство в виде кошмаров". Но эпизодические плохие сны - обычное дело для большинства людей.

Специального лечения от кошмаров почти не существует, поэтому люди справляются с ними сами. Психологи Юлия Визенталь и Михаэль Шредль из Гейдельбергского университета в Германии решили выяснить, как черты характера связаны с выбором стратегий борьбы с ночными страхами. Результаты опубликованы в Journal of Sleep Research.

В исследовании использовали "Большую пятёрку" - психологическую модель, которая делит личность на пять широких категорий: открытость опыту, добросовестность, экстраверсию (общительность), доброжелательность и нейротизм (склонность к негативным эмоциям).

Учёные провели онлайн-опрос 411 взрослых, в основном студентов-психологов, средний возраст - 28 лет. Участники заполняли анкеты о чертах характера, частоте кошмаров и уровне страданий от них, а также рассказывали об осознанных сновидениях - состоянии, когда человек понимает, что спит, прямо во сне.

Отдельный блок вопросов касался восьми способов справиться с кошмарами: поговорить с кем-то, избегать триггеров (ситуаций, которые провоцируют плохие сны), искать информацию, принимать лекарства, обращаться к специалисту, а также когнитивные техники - например, вызывать осознанные сновидения или применять терапию репетиции образов. Последняя техника заключается в том, что человек записывает кошмар и переписывает его с позитивным концом, пока бодрствует.

Участники отмечали, как часто используют каждую стратегию и насколько полезной её считают. Затем исследователи с помощью статистических моделей искали связи между чертами личности и поведением, учитывая возраст, пол и образование.

До анализа авторы выдвинули три гипотезы: открытость предскажет поиск информации о кошмарах, экстраверсия - разговоры о снах, а нейротизм - избегание триггеров. Подтвердилась только одна: общительные люди действительно чаще обсуждают кошмары с другими. Любители нового не стремились изучать свои сны, а склонные к негативу не избегали триггеров.

Дополнительный анализ выявил несколько слабых связей. Люди с высоким нейротизмом чуть чаще обращались за профессиональной помощью. Открытые к опыту немного чаще применяли терапию репетиции образов и записывали или зарисовывали сны. Доброжелательные предпочитали обсуждать кошмары с близкими и реже использовали осознанные сновидения.

В целом разговоры оказались самой распространённой стратегией и получили самую высокую оценку полезности. Избегание триггеров заняло второе место. Осознанные сновидения, поиск информации и переписывание концовки сна использовались гораздо реже. Обращение к специалисту было редким, но те, кто всё же это делал, считали помощь очень полезной. Лекарства применяли меньше всего, и ни один участник не оценил их как высокоэффективные.

Женщины чаще мужчин находили разговоры полезными, а мужчины выше оценивали осознанные сновидения. Пожилые участники считали и беседы, и переписывание снов менее эффективными, чем молодые.

Исследование опирается на самоотчёты, собранные в один момент времени. Такой дизайн не позволяет утверждать, что черта характера вызывает выбор стратегии: данные показывают лишь статистическую связь, которая сама по себе не доказывает причинность. Участники могли быть предвзяты, например, завышать оценку метода только потому, что часто им пользуются. К тому же выборка из студентов-психологов вряд ли отражает поведение широкой публики, а измерялась воспринимаемая полезность, а не реальное снижение частоты кошмаров. Будущие работы должны наблюдать за людьми дольше, чтобы проверить, действительно ли эти стратегии уменьшают кошмары.

Источник: PsyPost